Русский язык в американской школе

Dec 10,2011    Столичная газета

Если вы ищите обычную среднюю школу, где больше всего подростков изучают русский язык, ищите ее не в Нью-Йорке или на Аляске или еще в каком-то районе со скоплением иммигрантов из этой страны.

Нет – зайдите в класс 213 школы Роберта Годдара с углубленным изучением французского (Robert Goddard French Immersion School) в округе Принс-Джорджес (штат Мэриленд); сегодня, например, у учительницы на коленях тут прыгает тряпичная кукла «Тётя Мотя». Дани Сандерс исполняет шуточную песенку о несчастьях этой куклы; четверо сыновей куклы за обеденным столом все время повторяют:

«Правая рука, левая рука; правое плечо, левое плечо», - каждый раз двигая называемой частью тела.

«А, а, а!» В этой фразе английский перевод и русский оригинал звучат одинаково.

В 2010 году, по данным отчета Комиссии по университетскому и доуниверситетскому обучению русскому языку, которая проследила численность учащихся в классах русского языка с 1984 года, у Сандерс русский язык изучали 176 учеников в восьми классах. В школе Годдара, единственной в этом регионе, ведутся занятия по развернутой программе обучения русскому языку. Из почти трехсот школ всех этапов обучения, предоставивших данные, Годдар имеет самую обширную программу среднего образования в стране.

Нередко в самых многочисленных классах русского языка учатся дети, продолжающие культурную традицию своих родителей. Но не у Годдара. В этой школе 82% учащихся – афроамериканцы или американцы латиноамериканского происхождения – в классе номер 213 нет ни одного ученика, русского по происхождению. Даже сама Сандерс родом из Болгарии.

У нее в классе кнопками к доске приколоты 33 буквы кириллицы. На другой доске висят карточки с цифрами, которые Сандерс нарисовала толстым фломастером. Только задание на дом – «повторить числа, от 1 до 100» - написано на английском языке: чтобы родители могли помочь своим детям при выполнении домашней работы.

«Язык легче учится, если заниматься дома и запоминать слова, - говорит двенадцатилетний Дэвид Вильямс, ученик седьмого класса. – Я так думаю, чем больше будет число языков, на которых я могу говорить, тем больше у меня будет возможности изменить мир. А все, что я хочу делать, – это изменить мир».

Необычное увлечение

Интерес к русскому языку, действительно, необычен. По данным отчета за 2008 года Американского Совета по обучению иностранным языкам (American Council on the Teaching of Foreign Languages), лишь 10% опрошенных среди учащихся средних школ выбрали бы для изучения русский язык, если бы у них была такая возможность.

Самым популярным иностранным языком – о желании изучать его заявило почти 40% опрошенных – оказался французский.

В основанной в 1986 году школе Годдара, дающей начальное и среднее образование, ученики учат оба эти языка. В эту школу детей принимают, по определенной процедуре, еще в детском саду. Преподавание тут ведется только на французском, за исключением двух курсов: английского языка и курса мировых языков.

Изначально руководство школы использовало курс мировых языков, чтобы познакомить детей со всем богатством и разнообразием нетрадиционных языков, таких как японский и суахили.

Но потом, лет через десять, рассказывает директор Кона-Фасья Непэй (Kona-Facia Nepay), руководство решила, что ученики должны интенсивно изучать какой-то один язык. По данным опроса родителей, рассказывает Непэй, 85% пожелали, чтобы их дети изучали русский.

Русский? На первый взгляд, выбор странный. Холодная война позади. Программы русского языка по всей стране сокращены, и некоторые преподаватели полагали, что обучение русскому языку в масштабах страны будет заморожено. Но в Принс-Джорджес этот язык оказался в уникально выигрышном положении.

«По мнению родителей, это поможет их детям поступить в школу Roosevelt», - рассказывает Непэй.

Средняя школа Элеанор Рузвельт (Eleanor Roosevelt), самая известная в округе средняя школа, с самым строгим отбором учащихся, на тот момент была единственным еще одним учебным заведением в Принс-Джордесе, где в программу входило обучение русскому языку. Родители учеников школы Годдара, по данным школьной администрации, надеялись облегчить своим детям поступление в эту школу за счет знания русского языка. И нередко их ожидания оправдывались.

Следование инструкции

Этой практике преимущества при поступлении для детей, владеющих русским языком, пять лет назад был положен конец, рассказывают сотрудники школы. Однако русский язык тем временем прочно вошел в культурную среду школы Рузвельта, несмотря на то, что китайский и арабский языки, например, сейчас имеют столь же важное значение, какое имел русский до распада Советского Союза.

Несмотря ни на что, после многолетнего период снижения интереса к русскому языку, многие учебные заведения, обучающие иностранным языкам, в самые последние годы восстановили – и даже усилили – свой курс русского языка, рассказывает Джон Шиллингер (John Schillinger), почетный профессор американского университета, собирающий материалы опросов о записи на учебные курсы.

Самые обширные программы существуют в средних школах, численность учеников в которых обычно растет за счет популярности преподавателя русского языка, говорит Шиллингер. До средней школы язык, как правило, преподают в форме вводного курса. Программа русского языка в школе Годдара отличается по объему и по серьезности подхода.

«Это не просто «займите их чем-нибудь на двадцать минут в день», - говорит Шиллингер. – Они учатся по учебникам университетского уровня, что говорит о том, что это насыщенная, интенсивная программа».

Сделать процесс учения радостным

В классе Сандерс такая насыщенная программа реализуется через игру.

Сандерс с почти максимально возможной скоростью указывает на одно число за другим, развешанные на доске, и ученики повторяют их с молниеносной скоростью. При изучении цветов ученики приносят с собой наборы цветных карандашей. Они используют куклы. Они смотрят мультики.

Поют песенки о тете Моте, которая нервничает, что ее дети не хотят есть.

«Правая нога, левая нога», - поют ученики.

Сандерс надеется, что к окончанию школы они смогут бегло говорить по-русски и овладеют основами письма.

Они не смогут читать Толстого в оригинале – ну, разве что когда-нибудь, со временем.

«Я хочу иметь возможность попасть в Россию, мне нравится русская архитектура, - делится тринадцатилетняя семиклассница, Эва Макнабб. – Этот курс очень веселый. Мы учим много слов и выражений, а теперь начинаем учиться активно использовать их все вместе, в речи».

Источник: Роберт Сэмюэлз | The Washington Post

Комментарии

Для комментирования статьи Вам необходимо войти или зарегистрироваться

Архив статей
Сегодня
Ноя Декабрь Янв
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
        1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30 31